PROnovosti – вся правда о неправде

(Взято с Корреспондент.нет)
Об одной “постиндустральной” державе…
Очень часто приходится слышать утверждение, что мы, мол, живём в “постиндустриальном обществе”. Что главным товаром современного общества является информация, а главной производственной сферой стала пресловутая сфера услуг.

Когда об этом рассуждает представитель одной из крупнейших экономик мира (например, гражданин Германии) – это воспринимается нормально. В развитых странах (которых на планете не так уж много) общество действительно миновало индустриальную фазу своего развития, и члены этого общества, в большинстве своём, заняты в сфере услуг.

Но когда о постиндустриальном обществе начинает говорить сирое и убогое существо из шахтёрского посёлка, тут уж становится не до смеха.

Хочется спросить это существо: а, что, в постиндустриальном обществе люди стали меньше жрать? Или в постиндустриальном обществе нет автомобилей, самолётов и танков?

Ответ более чем очевиден: жрать стали больше. Автомобилей и другой техники в постиндустриальном обществе – хоть, как говорится, жопой ешь.

Откуда же общество, в котором 70% населения занято в непроизводственной сфере, берёт продукты, металл, бензин, шмотьё и т.д.? Или ему всё это (и многое другое) дают те 30%, которые занимаются непосредственно материальным производством: сельским хозяйством, промышленным производством?

Нет, конечно.

Ведь если бы на самом деле всё было так легко – мы бы уже давно развили сферу услуг, выдавив в неё основную часть наших рабочих и служащих. Мы бы провели тотальную деиндустриализацию, закрыв сотни заводов. Мы бы, наконец, вошли в G20 и с нас брали бы пример Либерия и Буркина-Фасо.

Но мы никак не станем постиндустриальной страной.

Почему же?

Ну, наверное потому, что в процессе разделения международного труда мы попали в разряд стран, в которых стало более или менее выгодно размещать производство товаров. Товаров – но не услуг.

Поскольку мы вот уже 20 лет имеем счастье быть вовлечёнными в мировой рынок, поскольку наша экономика стала частью глобальной экономики, нас никто и не спрашивал чего мы хотим: хотим ли мы производить товары или мы страстно желаем заниматься в сфере услуг.

Сфера услуг в мировой экономике оказалась занята лидерами экономического развития. Для нас там никто место не резервировал. Мы пришли на ринг – боксировать со стодвадцатикилограммовой горой мышц, имея в своём активе 50 килограмм чего-то даже не напоминающего мускулы. Эта гора мышц нас измочалила в своё удовольствие, отработала на нас новые приёмы и отшвырнула на обочину западной цивилизации.

Мы не стали постиндустриальной страной в течении 20 лет. Кто-то ещё надеется, что мы станем ею в ближайшем будущем?

И не надейтесь.

Чтобы стать постиндустриальной страной, нужно для начала вывезти значительную часть своего материального производства в Либерию и Буркина-Фасо. Нужно вытеснить мировых производителей из их бывших колоний и самим там закрепиться. Пусть на нас работают негры и азиаты, а мы будем перераспределять то, что они для нас произвели. Мы ведь не хуже западных европейцев умеем работать в сфере услуг – нам просто не дают в этой сфере развернуться.

Но на данный момент мы остаёмся отброшенными за границы постиндустриального мира – туда, где находится большинство стран.